Все статьи                               Главная                               Содержание                               Аннотации




              Подлость и наглость как тактика застройщика


                  Сегодняшним утром, то есть в воскресенье 26 августа 2012 года, в центре Санкт-Петербурга было совершено уголовное преступление. Варварски уничтожен дом купца Анкудина Савельевича Рогова – одно из немногих зданий города, сохранивших свой облик с пушкинских времён. Мы не знаем, бывал ли в этом здании сам Поэт, но в дом через переулок от него он заходил частенько. Ведь это знаменитый Дом Дельвига – тот самый, который отстояли от сноса тысячи людей, собравшихся у его стен в 1986 году!
                  Утверждать, что доживший до наших дней и безжалостно умерщвлённый сегодня редчайший образец рядовой петербургской застройки конца XVIII — начала XIX века не имел исторической и культурной ценности, могут либо люди серые и ограниченные, либо материально заинтересованные в его гибели. Впрочем, второе не исключает первого. Но третьего не дано.
                  Деньги любой ценой – вот девиз этих последних! И главное оружие вандалов – подлость. Они делают свои чёрные противозаконные делишки тайком, наспех, по ночам или по утрам в выходные и праздники, трусливо стремясь опередить возмущение общественности.
                  Подло, под Новый год, начали снос Литературного дома на Невском проспекте. Подло, ночью, уничтожали флигель усадьбы Шаховских. Подло, в день Рождества, рушили Дом Шагина на Фонтанке 145. Так же подло, в майские праздники, громили казармы Преображенского полка  –  и это вопреки данным накануне обещаниям трёх высших чиновников города сохранить здания.  Подобным же образом действовали и в других случаях варварского разрушения исторического Петербурга. Тактика эта стала нормой…


                  Воскресный день для поспешной казни архитектурного памятника выбран не зря – он выбран из-за страха перед законным протестом тех, кто действительно любит свой город и уже не раз спасал это здание от гибели в последние годы. В выходные дни труднее дозвониться до нужных кабинетов и экстренно остановить снос, как уже удавалось сделать ранее. Преступники учли этот опыт.
                  И сегодня всё прошло гладко, по заранее продуманному гнусному сценарию алчных и непорядочных застройщиков. Инвестор в лице ООО «Вектор» (а это бывший ООО "Престиж", дискредитировавший себя и потому теперь сменивший вывеску) руками строителей-крушителей в лице ООО «Спрингалд» совершил акт вандализма, прекрасно зная при этом, что губернатор Георгий Полтавченко пять дней назад отбыл в отпуск, а прокурор города Сергей Литвиненко в отъезде. Глава администрации Центрального района Мария Щербакова в нужный момент вышла из магазина напротив, где она скрывалась во время сноса, и беспомощно развела руками. Экстренно вызванный к месту трагедии начальник службы "ГосСтройНадзора" Леонид Кулаков не очень-то спешил – и прибыл с приказом остановить снос аккурат в тот момент, когда дом уже сравняли с землёй. Уехавший в Москву на отдых вице-губернатор Игорь Метельский и глава комитета по охране памятников (КГИОП) Александр Макаров при телефонном известии об убийстве ценнейшего памятника архитектуры, как водится, удивлённо распахнули глаза.


                  Когда основатель организации «Живой город» по сохранению исторических зданий Петербурга Юлия Минутина узнала о начавшемся сносе (первым забил тревогу, сообщив о нём в «Балтинфо», неравнодушный житель этого района), она тут же позвонила кинорежиссёру Александру Сокурову, депутату Законодательного собрания Борису Вишневскому и другим влиятельным людям. Те, спасибо им за отзывчивость и оперативность, срочно примчались на место трагедии.
                  И вот представьте себе картину: какое-то заезжее хамло (именно так назвал палачей дома Рогова, пообщавшись с ними, Борис Вишневский в своём сегодняшнем интервью), оградив себя от народа, во-первых, кордоном из полицейских, – с которыми, понятное дело, всё было улажено заранее, – и, во-вторых, в спешке возведенным сегодняшним же утром синим строительным забором, - командует сносом, а попутно нагло и безнаказанно плюёт на жителей города и его власть, на режиссера с мировым именем, на представителя президента, на действующего депутата городского парламента, на представителя прокуратуры и других «больших людей», отказываясь предоставлять им по их просьбе (просьбе!) хоть одну бумажку, дающую право на снос исторического здания в сердце города. Просто по причине того, что таковой бумажки в природе нет! А рядом летают облака кирпичной пыли и под защитой силовиков в форме надрывно работает пара экскаваторов, круша нашу историю, нашу культурную ценность (всё это слишком уж напоминает подобную сцену из рассказа Василия Шукшина «Крепкий мужик», написанного почти полвека назад - с той только разницей, что там дело происходит в селе, а не в крупнейшем городе).
                  И тут возникает ряд вопросов.
                  Почему губернатор Г.С.Полтавченко не имеет власти над строительным лобби? Почему, несмотря на то, что он планировал, вернувшись из отпуска, отобрать данный участок у инвесторов, они хозяйничали на нём, запросто проигнорировав распоряжение высшего лица города?
                  Почему у нас стало возможным безнаказанно творить преступления, предусмотренные 243-й статьёй Уголовного кодекса, говорящей о наказаниях за уничтожение объектов культурного наследия?
                  Почему глава администрации района, в котором они совершаются, вынуждена бояться каких-то неизвестных строителей и прятаться в магазине через дорогу, когда должно быть достаточно одного её приказа, чтобы моментально остановить снос?
                  Почему, наконец, исторические здания стремительно теряют свою культурную ценность и ставятся лишь помехой строительству бизнес-центров?


                  Теперь уже вопросы эти стали риторическими. А реальный итог у нас перед глазами: от Дома Рогова осталась куча кирпичей, ещё дышащих пушкинским Петербургом. Кирпичей, которые в самих себе уже содержат Историю. На совесть сработанных кирпичей с клеймом известных в своё время заводов Растеряева, Зубинского, Слепушкина, Поршнева, Евментьева, Тырлова, Беляева... К слову сказать, отца того самого Митрофана Петровича Беляева, который известен теперь как меценат XIX века, значительно повлиявший на становление музыкальной культуры Петербурга. И таких переплетений в судьбе нашего города можно обнаружить множество.


                  Захватив временем своего существования четыре века (официально годом постройки считается 1810 год, но есть сведения, что первоначальное строение возникло здесь ещё в конце 1790-х), дом жил своей неспешной жизнью. Значительно перестроенный в 1833 году архитектором Авраамом Мельниковым, он всё же не был выдающимся шедевром архитектуры, не отличался изяществом и симметрией. Но! - имел собственное лицо, а главное – имел душу. Любящие свой город всегда относились к нему, как к живому существу. Дом Рогова был особым, ни на кого не похожим и в то же время каким-то очень петербургским домом. Изогнутый под острым углом, образующим своеобразную трёхэтажную башенку, он привлекал к себе именно этой неправильностью формы, уютом и старинным колоритом, органично вписываясь в архитектурную среду исторического центра и создавая её неповторимую гармонию.
                  К сожалению, месторасположение и сгубило его. Глаз на угол Загородного проспекта и Щербакова переулка строительные компании начали класть практически с самого начала нынешнего столетия. Началось всё с «липового» признания дома аварийным (несмотря на то, что в 2001 году он был взят под охрану как выявленный объект культурного наследия). То ли это был результат экспертизы, проведенной в 2004 году мастерской Татьяны Славиной, выполнявшей многие заказные экспертизы подобного рода и получившей недобрую известность как «мастерская-киллер», то ли имела место какая-нибудь иная махинация такого рода – теперь уже трудно восстановить события, не имея доступа к документам. Но начало было положено. Ещё бы, место «инвестиционно привлекательное»: центр города, метро рядом. И что значит по сравнению с этим какое-то там культурное наследие, какие-то там исторические и духовные ценности!
                  В 2007 независимая экспертиза не согласилась с выводами об аварийности корпуса здания. Вслед за ней 8 августа 2008 года «Росохранкультура» не признала дом необратимо аварийным, порекомендовав сохранить и реставрировать объект. 13 апреля 2009 года «ЗАО «Институт — Санкт-Петербург» подтвердил «наличие технической возможности сохранить здание в объеме капитальных стен». И даже готов был разработать соответствующий проект. 16 июня 2009 года ЗАО «Ленметрогипротранс» в письме к охранному комитету предлагал проекты усиления основания и фундамента Дома Рогова, укрепления наземной части здания.
                  А в течение 2009 года Совет по культурному наследию при КГИОП дважды принимал противоположные решения: 19 марта он постановил "включить дом купца Рогова в список вновь выявленных объектов культурного наследия регионального значения", а 26 ноября – исключить из того же списка. Горький опыт показывает, что такое исключение – верный признак обречённости исторического строения на снос.


                  Так и случилось. В феврале 2010-го начался демонтаж Дома Рогова. Начался опять же подло – перед самым празднованием Дня защитника Отечества. Заказан был снос той же компанией, которая тогда ещё называлась «Престижем».
                  Здание чудом удалось спасти благодаря оперативным действиям активистов из организаций «Живой город» и "Группа спасения", а также сотрудников Общества охраны памятников (ВООПИиК) – в основном заместителя его председателя Александра Кононова.
                  Снести полностью тогда не успели. Памятник лишился крыши и части последнего 3-го этажа. В апреле 2010 года Куйбышевский районный суд, а в августе и городской суд признали исключение Дома Рогова из объектов культурного наследия неправомерным.
                  Тогда «Престиж» решил взять измором, сознательно доводя здание до гибели. Каким словом можно назвать того, кто бросает своих родителей, нарочно обрекая их на смерть от голода, чтобы поскорее получить наследство? А ведь дом – это наша история, а значит, наши корни.
                  Два с половиной года его под разными предлогами продержали без крыши, без стёкол в окнах, изуродованным и покинутым. Он погибал на глазах. Бывало, что и горел. Обещания гендиректора "Престижа" Дмитрия Голованова исправить дело всё никак не выполнялись. Борьба приняла характер затяжного противостояния.


                  Только с началом зимы что-то начало сдвигаться с места. Как радовались мы, когда увидели в один прекрасный февральский вечер, что над зданием всё-таки сооружается долгожданная временная крыша! По чистой, конечно, случайности - накануне выборов в ЗакС. Оказывается, это было обманом и делалось для отвода глаз.
                  А 21 июня нынешнего 2012 года произошёл новый виток. Комитет по охране памятников очередной раз исключил здание из списка вновь выявленных объектов культурного наследия. Подготовил расстрельный для дома пакет документов зампредседателя Тимофей Кононенко, лишь в этом году переведённый к нам из Москвы и давно замеченный в нечистых коррупционных делишках подобного рода. Основание – экспертиза, заказанная в апреле догадайтесь кем и кому? – разумеется, самим "Спрингалдом" входящей в него же компании, именуемой «СлавСтройИнвест». Она содержит необходимую для сноса формулировку о «невозможности ликвидации аварийности», вследствие чего здание, понятное дело, тут же было признано аварийным. И можно ли поверить в подлинность, непредвзятость, бескорыстие выводов такой комиссии?
                  Видно, у "Престижа", переименованного теперь для конспирации в «Вектор», всё ещё руки чесались взяться за разрушение памятника. И он взялся, не дожидаясь результатов проводившийся 10-11 июля повторной государственной историко-культурной экспертизы по обоснованию включения Дома Рогова в реестр зданий, подпадающих под охранный статус. Проводил экспертизу зампредседателя Совета по сохранению культурного наследия архитектор Михаил Мильчик, известный своим профессионализмом и принципиальностью. Он опроверг данные технической экспертизы, выполненной за пять дней до этого неожиданно выпрыгнувшим из кустов неким ООО «Арс», ожидаемо отказавшимся внести дом Рогова в реестр объектов культурного наследия. Завтра КГИОП должен был выдать список замечаний к этой повторной и куда более объективной экспертизе. Но вчера под надуманным предлогом она была отклонена. Хищник ждать не стал. Прикрывшись ничем не доказанной аварийностью дома, он нанёс удар из-за угла. Грязное дело свершилось, можно поднимать бокалы!

                  Кстати, в КГИОП работает один мой знакомый (по понятным причинам я пока не называю имени и фамилии). Вот что он рассказывал мне в приватной беседе о Тимофее Витальевиче Кононенко:
                  – Когда нам навязали его в шефы, мы все просто взвыли! Это тиран и деспот, это в полной мере персонаж Салтыкова-Щедрина. Неумный и упёртый, он уже успел наломать немало дров. Именно нам предстоит теперь всё это расхлёбывать!.. И что интересно: мы всегда удивляемся тому, что у других начальников на столах хоть какое-то подобие деятельности – рабочий беспорядок, пространство более или менее завалено бумагами, папками... У этого же стол постоянно стоит свободным. Рабочее место его всегда такое же пустое, как и его глаза.
                  Сдаётся, что с сегодняшнего дня Тимофея Кононенко станут называть не иначе, как убийцей Дома Рогова.


                  Если уж говорить об аварийности, как главном и по сути единственном аргументе вандалов, то любому знакомому с ситуацией понятно, что хитрость с вынужденным сломом шита белыми нитками. До выхода на сцену «Спрингалда» не единожды были сделаны заключения об имеющейся возможности сохранить объект. Именно долгая и тщательная подготовка к совершённой мерзости, явное выжидание удобного момента и продуманность действий по слому опровергает байки вице-президентов «Спрингалда» Виталия Никифоровского и Валентина Заставленко (для которых, как стало известно, Санкт-Петербург – чужой город: Заставленко родом из Нижневартовска, Никифоровский аж из Петропавловска-Камчатского) о выявленной вдруг аварийности здания, об их заботе о людях, ходящих по проспекту. И о том, что пришлось компании героическими и благородным усилиями срочно обрушить строение, пока не упало само.
                  Всё это мы проходили, и не раз. Наглым враньём о необратимой аварийности нас уже не удивишь. Точно так же и Литературный Дом был объявлен аварийным, готовым вот-вот рухнуть на головы прохожих. А потом его целый месяц не мог сломать тот же «Спрингалд», действуя по знакомому до боли принципу "нет дома – нет аварийности". Ещё бы! Администрация района, а затем налоговая инспекция в принципе не могли располагаться в аварийном здании. Орешек оказался крепким! Пришлось даже вызывать тяжёлую технику, вообще-то запрещённую к использованию в центре города. И всё потому, что министр обороны Анатолий Сердюков (на деле мебельный бизнесмен) в целях личного обогащения возжелал построить на этом месте гостиницу с подземным паркингом. А то, что в результате такого строительства «поплывёт» целый исторический квартал и его придётся снести, как было с возведением «Стокманна» на том же Невском проспекте – это уже мелочи!..
                  Вот так и с Домом Рогова. Всё было проделано сегодня компанией «Спрингалд» нагло и подло. К слову, компания давно известна в Петербурге как убийца исторических зданий, отчего её слоган "Будет сделано!" приобрёл за последние годы зловещий оттенок.
                  Вернуть же исторический облик сооружения при будущем строительстве коммерческого объекта «Вектор» нам не обещает. Пока в Интернете ни слова о том, что здание будет воссоздано в прежнем виде! Пишут только, что здесь построят бизнес-центр класса “А” с подземным паркингом на 65 машин и двумя шестиэтажными корпусами (это вместо трёх-то этажей!) И даже если КГИОПовские чиновники обяжут инвестора формально восстановить хотя бы фасад здания – он вполне может просто бросить нам кость в виде фигового листа очередной фасадной издёвки, каковые мы уже получали в нашем городе – например, в бизнес-центре дома 13\15 на Лиговском проспекте.


                  Следовательно, теперь мы можем ожидать худшего: того, что на этом месте ООО «Вектор» возведёт очередное страшилище из стекла, бетона и стального профлиста, как и испоганивший Владимирскую площадь «Регент-холл» на противоположной стороне Щербакова переулка, как раз со стороны Дома Рогова выглядящий наиболее уродливо.
                  А рядовые здания, создававшие двести лет назад неповторимый стиль и душу Петербурга, инвесторам сохранять ой как невыгодно! И в оправдание своих преступных действий они пытаются убедить нас в ненужности разрушаемого "старья":
                  – Историко-архитектурная ценность там очень сомнительная. В нынешнем виде он вообще не интересен никому, – вот так сегодня за всех нас ответила о Доме Рогова в интервью газете "Карповка" директор того самого ООО "Арс" Елена Лущеко, проводившая "экспертизу" здания и получившая свои тридцать сребреников за нашу проданную и преданную ею историю, красоту и память, достойная продолжательница киллерской славы Славиной.
                  Интересна, как видим, только личная выгода. Вот это – святое! Ну что же, давайте жить только сегодняшним днём, давайте выбрасывать старинные альбомы с фотографиями наших прабабушек и прадедушек, освобождая место для более нужных вещей. Ведь альбомы эти всё равно никто не купит.


                  Каждому понятно, что любой памятник архитектуры можно сознательно довести до такого состояния, что он будет казаться «не интересным никому»! Даже самое прекрасное здание нетрудно превратить в «рухлядь и рассадник бомжей» – именно такими словами презрительно отозвался о Доме Рогова руководитель проекта компании «Порт» (бывшей владелицы здания) Сергей Дорофеев, более ничего в нём не видевший. А может быть, не хотевший видеть.
                  И дом нарочно доводили до этого. Не по своей вине он становился всё безобразнее. Это давало пищу для аргументов противников дома. Главные их претензии были к внешнему виду: "Вы посмотрите на него – это же развалюха! Облезлый, крыши нет. Портит вид Загородного и всей площади. Да снести его поскорее!"
                  И вот – снесли...


                  Тяжело на душе. Обидно за тех бескорыстно преданных своему городу молодых ребят и девушек, которые вместо того, чтобы бегать по дискотекам и прожигать время в «кафешках», много лет героически пытались отстоять Дом Рогова от посяганий инвестора. Это Юлия Алимова, Пётр Забирохин, Алина Деконская, Дмитрий Литвинов, Юлия Минутина, Сергей Лунц, Александр Молочников, Наталья Сивохина, Александра Тесакова, Иван Широбоков… прошу прощения, если о ком-то забыл упомянуть. Не жалея сил и личного времени, они в критические для дома времена сутками дежурили возле него. А два с половиной года назад, после очередной попытки сноса, стояли с плакатами в сильный мороз, привлекая внимание общественности и прессы к проблеме Дома Рогова.
                  Тогда они смогли спасти от алчных инвесторов драгоценное здание, а вместе с ним – важную часть петербургской культуры. Сегодня победила подлость и наглость.
                  «Для тех, кто сносит, Дом Рогова – это некоторое количество кубометров кирпича, для тех, кто владеет участком – некоторое количество вожделенных квадратных метров дорогущей земли. А я потерял старого друга, я потерял частицу своей души...» – такая горькая запись появилась на личной страничке Петра Забирохина, координатора движения «Живой город» за сохранение исторического центра Петербурга.


                  В последнее время нас много раз уверяли, что теперь-то уж разборка и снос здания абсолютно невозможны, что он под надёжной защитой охранного статуса. Что это исторический центр, где самовольно ломать запрещено. Что действует, наконец, Закон Санкт-Петербурга № 820-7 "О границах зон охраны объектов культурного наследия...". Мы постепенно поверили тому, что дому ничто не угрожает.
                  И что же? Презрев законодательство и родную культуру, это запросто проделали сегодня в грубой и циничной форме, на глазах у потрясённых жителей города.
                  Убийство Петербурга продолжается.


                  В заключение – стихотворение петербургской поэтессы Людмилы Багрянской, прозорливо написанное ровно два с половиной года назад, то есть в конце февраля 2010 года:


                    Я - дом купца Рогова,
                    построен в пушкинский век,
                    теперь - по решенью чиновному
                    обречён умереть.
                    Посмотреть на меня - увидеть
                    жилище Бабы-Яги...

                    В окнах моих когда-то
                    свечи горели и открывались двери...
                    Теперь я топчусь
                    у дверей ваших сердец,
                    возле окон глаз ваших...
                    Я, дом купца Рогова, нищий.

                    Тук-тук. Кто?
                    Дом Рогова? - Холодно! -
                    ...помню пушкинский век,
                    пустите меня на ночлег.
                    Без жильцов, обескровлен,
                    синим забором скрыт
                    и сеткой зелёной обтянут,
                    я давно на войне.
                    Холодно, страшно мне...

                    Я - дом Рогова!
                    Родина! Руку мне!
                    ...Домры, горны ли? -
                    Стены падают в обморок,
                    лязг и сполохи,
                    где ты, молодость...

                    Тук-тук...Что?..
                    Дом Рогова?
                    Ядом ли, роком -
                    но погублен навек.
                    Не попасть вам
                    в пушкинский век!
                    Эхом - ДОМ РОГОВА.
                    А рядом дорога...
                    Прости, ради Бога.




                      На фото вверху:

              1. Дом Рогова в 1990 году
              2. Юлия Алимова
              3. Сергей Васильев и Иван Широбоков
              4. Аля Деконская
              5. Февраль 2010 г.
              6. Картина художника Яна Антонышева ""Чудище обло, стозевно и лаяй"









Все статьи                               Главная                               Содержание                               Аннотации